Люблинский парк в настоящее время

Современный Люблинский парк лишь с большой долей условности можно отнести к такой категории, как "природа". И всё-таки многие элементы природного ландшафта здесь сохранились. Во-первых, сохранился специфический рельеф, предопределивший возникновение дачного посёлка. Нагорная часть парка и современная городская застройка располагаются, в основном, на высотах 130-140 м над уровнем моря, что соответствует уровню второй и третьей надпойменных террас (с учётом, что уровень р.Москвы в соседнем Коломенском - 114 м). Главный усадебный дом по-прежнему стоит на склоне третьей надпойменной террасы, т.е. значительно выше уровня Люблинского пруда. Перепады высот придают парку исключительную живописность. Северо-западнее, за железной дорогой, остались понижения с водоёмами, соответствующие бывшему Сукину болоту, а часть болота, как уже говорилось, стала акваторией Южного речного порта.

Вид на пруд с северной колоннады
Вид на пруд с северной колоннады

Ещё один безусловный элемент природного наследия - река Пономарка, протекающая через Люблинский пруд. Ниже пруда она сливается под землёй с р.Нищенкой, но до пруда осталась на поверхности, и её русло лучше всего сохранилось в соседнем Кузьминском парке. У этой речки известно множество исторических названий и их вариантов: Голядянка, Голедянка, Голодянка, Голединья, Гольдянка, Глядянка, Голяденка, Чурилиха, Чуриха, Панамарка, Пономарка, Люблинка... Пономарка и Люблинка - поздние название. Остальные гидронимы известны из более ранних источников. Кроме того, разные участки реки иногда назывались по-разному. Так, например, в "Списках населённых мест Российской империи" выше Кузьминских прудов (в Выхине) она названа Чурихой, а ниже их (в Печатниках) - Голедянкой. У названия "Нищенка" тоже есть синонимы: Гравороновка, Граворонка, Граворновка, Граворна, Печатинка, Коломенка. Нет полной ясности, какую из речек - Нищенку или Пономарку - считать главной, а какую притоком. Пономарка чуть длиннее и мощнее, но Нищенка течёт прямо, а Пономарка "подходит" сбоку. Не все перечисленные гидронимы находят логичное объяснение. В литературе бытовала, например, версия, что на Владимирской дороге в верховьях Нищенки нищие просили милостыню. Надуманность такого объяснения очевидна. Обращает на себя внимание смысловое сходство гидронимов "Нищенка" и "Голядянка". Голядью называли одно из литовских племён, живших в Подмосковье (Поспелов, 1999). Люди эти, обладая относительно отсталой системой хозяйствования, жили беднее, чем славяне, и слово "голядь" могло означать то же, что "беднота". Позднее эти два гидронима могли в силу случайных причин закрепиться за разными истоками одной и той же речки. Известно также, что вблизи устья Нищенки в одно время была Голодянская мельница. Из этого следует, что низовья Нищенки в это время назывались Голодянкой (по-новому переосмысленный вариант гидронима "Голядянка"). "Чуриха" и "Чурилиха", согласно Е.М.Поспелову (1999), произведены от литовского "Kiauras" ("узкий"), но сходство слов может быть кажущимся. Гидроним может происходить и от древнерусского имени Чурила (в современной транскрипции Кирилл), и тогда это владельческое название (Чуриловым называлось расположенное севернее Люблина село Вешняки). В общем, до конца понятны только поздние гидронимы, произведённые от населённых пунктов - Печатинка, Гравороновка, Люблинка. Даже происхождение гидронима "Пономарка" достоверно не выяснено. Длина Пономарки - 15 км. Раньше она брала начало в Перове, текла через Вешняки и Выхино. В настоящее время на поверхности сохранился участок реки в Кузьминках.

Ещё большие изменения претерпела растительность. Так, например, из травянистых весенних эфемероидов сохранился только гусиный лук малый. Его узколучевые пятиконечные "звёздочки" желтеют весной вблизи Люблинского пруда. Летом в парке красочно цветут многие местные травы, но, в основном, это так называемые рудеральные растения (от слова "рудерис" - щебень). Рудеральные виды - спутники человека. Она разрастаются там, где прежний растительный покров уничтожен людьми.

Деревья и кустарники Люблинского парка в большинстве своём не имеют отношения к естественной растительности. Это не столько природное, сколько культурное наследие Москвы. В 2002 г. здесь зарегистрировано 48 видов деревьев (13 местных, 35 чужих, вместе с боярышниками) и 14 видов кустарников (5 местных, 9 чужих).

Наверное, среди деревьев парка наиболее интересны тополя. Во-первых, они достигают очень большого размера (до 137 см в диаметре ствола). Во-вторых, представлены большим числом видов и межвидовых гибридов. Из секции бальзамических тополей имеются тополя бальзамический, душистый и китайский. Бальзамический тополь, "пришедший" из Северной Америки, считается наиболее распространённым в озеленении Москвы. У него слегка удлинённые листья на длинных голых черешках. Правда, в "чистом" виде в Люблинском парке он редок. Гораздо чаще встречаются его гибриды и особенно гибрид с тополем чёрным - так называемый тополь сибирский. У него тоже удлинённые листья, но их черешки заметно сплюснуты с боков, чего у настоящего бальзамического тополя быть не должно. Листья бальзамического и сибирского тополей очень изменчивы, что вполне может объясняться различной степенью "подгибридизованности" того или другого исходного вида.

У тополя душистого, который весьма обычен в парке, листья более определённой формы. Они тоже чуть вытянутые, эллиптические, реже почти круглые и всегда с закруглённым основанием листовых пластинок. Но главное отличие от тополя бальзамического - сильное опушение не очень длинных черешков. Тополь этот "перебрался" к нам из Сибири и с Дальнего Востока.

Тополь китайский, тоже относимый к секции бальзамических тополей, особенно резко отличается от своих "собратьев". У него совсем маленькие листья, и, кроме того, они слегка грушевидны - расширены ближе к вершине листа. Черешки особенно коротки. Листва опадает зелёной и очень поздно. Как и следует из названия, дерево это китайского происхождения. По размеру оно невелико, да и использовать его в озеленении Москвы стали с недавних пор, а потому крупных экземпляров пока нет.

Вид на парк с Люблинской улицы
Вид на парк с Люблинской улицы

Секция чёрных тополей представлена тополями канадским, итальянским и, вероятно, четконосным. Наш "родной" тополь, который естественно произрастает в поймах южных российских рек, в "чистом" виде в парке не встречается, но его гибриды и культурные формы обычны. Тополь канадский - это гибрид тополя чёрного с тополем четконосным из Северной Америки. Листья этого гибридного дерева очень изменчивы: они то почти ромбовидные, как у тополя чёрного, то почти треугольные, как у другого родительского вида. Иногда и те, и другие листья можно увидеть на одной ветке. В среднем эти листья шире, чем у тополей предыдущей секции. Ещё для них характерны сплюснутые с боков черешки. О другом гибриде, тополе сибирском, уже говорилось выше. Можно увидеть в парке также тополь, все листья которого треугольны и очень широки. Вероятно, это и есть тополь четконосный, хотя в Северной Америке, откуда он завезён, имеются другие виды с такими же треугольными листьями (например, тополь дельтовидный, который до недавнего времени считался "родителем" тополя канадского). Ещё один представитель этой же секции - тополь итальянский, или, правильнее сказать, культурная пирамидальная форма чёрного тополя, иногда признававшаяся за самостоятельный вид. Такое дерево возвышается над северным берегом пруда и издалека обращает на себя внимание пирамидальной кроной. Впрочем, листья у этого тополя почти треугольные, что позволяет заподозрить, что и в возникновении этой формы принимали участие заокеанские "братья" нашего чёрного тополя.

Сложности есть и при узнавании видов из секции белых тополей. Белыми их называют за беловойлочное опушение нижней поверхности листьев. Собственно белый тополь, или тополь серебристый, узнаётся по пальчато-рассечённым листовым пластинкам порослевых побегов. В кроне дерева листья рассечены в меньшей степени, но лопасти всё равно хорошо заметны. Крона широкая, раскидистая. Естественно дерево произрастает в поймах южных российских рек, но, будучи посаженным, хорошо чувствует себя и в нашем климате, в чём легко убедиться в Люблинском парке.

Точно такие же лопастные листья у тополя советского, полученного гибридизацией тополя белого и среднеазиатского тополя Болле, или тополя самаркандского. Крона у тополя советского пирамидальная, как у своего "родителя" из Средней Азии. Такой гибридный тополь с широкопирамидальной кроной посажен около метро "Волжская" (см. картосхему). В Москве вне парка есть и узкопирамидальные гибриды.

Вид на северный берег пруда
Вид на северный берег пруда

Около южного берега пруда произрастают два мощных тополя сереющих (диаметром ствола до 87 см), которые вместе со своими порослевыми и самосевными потомками образовали живописную рощицу. Тополь этот является гибридом тополя белого и тополя дрожащего. Последний более известен под народным названием осина и относится к самостоятельной секции тополей. От тополя белого гибрид отличается менее лопастными листьями (листья на разных ветках разные - от заметно лопастных до почти округлых, как у осины, хотя и более крупнозубчатых) и менее густым опушением (от тонкобеловойлочного до еле заметного, сероватого).

Из прочих примечательных деревьев отметим вяз приземистый, рябину гибридную и клён маньчжурский. Вяз приземистый - восточносибирское и дальневосточное дерево, которое часто выращивается в Москве, но, как правило, не достигает большого размера. Экземпляр в Люблинском парке - исключение: диаметр ствола составляет 56 см. Это не очень высокое дерево с раскидистой кроной украшает северный берег Люблинского пруда чуть восточнее устремлённого ввысь пирамидального чёрного тополя. Узнать данный вид вяза можно по маленьким короткочерешковым листьям, которые жёстко сидят на ветках двумя рядами.

Рябина гибридная - это вид, возникший в результате гибридизации нашей рябины обыкновенной и рябины промежуточной из Скандинавии. У рябины промежуточной крупнозубчатые листья, у обыкновенной - перистые. Гибрид совмещает признаки обоих родителей: близ основания листа листочки отделены один от другого, а у вершины "слиплись".

Листья клёна маньчжурский составлены из трёх маленьких одинаковых листочков. В городском озеленении этот клён редок. Одно небольшое дерево высажено в парке близ улицы Малышева.

Остальные виды относятся к числу обычных в городском озеленении. Из них в Люблинском парке особенно крупны лиственница, липа мелколистная, клён остролистный, вяз гладкий.

Если среди деревьев примерно в равном количестве высажены и местные, и "чужеземные" виды, то среди кустарников преобладают "пришлые". Местными являются малина и несколько видов ивы, тяготеющих к берегам пруда.

Завершая рассказ о растениях, приводим перечень древесных видов, которые в 2002 г. были зарегистрированы в основной части Люблинского парка (западнее Краснодонской улицы).

Местные виды деревьев: ивы белая (ветла), козья (бредина), ломкая (ракита) и пятитычинковая (чернотал), тополь дрожащий (осина), берёза повислая (или бородавчатая), вязы гладкий и шершавый, дуб обыкновенный (или черешчатый), рябина обыкновенная, черёмуха обыкновенная, клён остролистный, липа мелколистная.

Деревья из других регионов: ель колючая, лиственница, туя западная, тополя бальзамический, белый, душистый, итальянский (чёрный пирамидальный), канадский, китайский, сереющий, сибирский, советский и четконосный (?), конский каштан обыкновенный, вяз приземистый, яблони домашняя и сливолистная (китайка), груша обыкновенная, рябина гибридная, боярышники вееровидный, Дугласа, кроваво-красный, однопестичный, перистонадрезанный, приречный, вишня обыкновенная, слива домашняя, черёмухи виргинская и Маака, робиния псевдоакация (белая "акация"), клёны американский, маньчжурский и татарский, липа крупнолистная, ясень пенсильванский.

Местные виды кустарников: ивы корзиночная, пепельная, трёхтычинковая и чернеющая, малина лесная.

Кустарники из других регионов: пузыреплодник калинолистный, кизильник блестящий, роза собачья, карагана древовидная (жёлтая "акация"), сирени обыкновенная и венгерская, свидина белая, жимолость татарская, снежноягодник белоснежный.

Источники:
http://hist-usadba.narod.ru/
Е.М. Юхименко. Люблино прекрасное, Люблино милое. Москва, 2005.